В моторном отсеке ковырялся Белый - Серега Шлыков. Белым его прозвали за цвет волос. Белый - водила, служить ему еще полгода. Кроме Белого, Токаря и стажера, на границу едут еще разведчик-снайпер Коля Воробьев по кличке Воробей, разведчик-пулеметчик Саня Абулазаров по кличке Балаган, разведчики Иван Чупрыгин по кличке Лапоть и Иван Балутенко по кличке Рекс. А командиром экипажа машины боевой едет старшина роты старший прапорщик Самороков по прозвищу Старый, не к ночи будь помянут.

За голову Старого чехи давали большие деньги. Крови он им попил немало. Служил он поначалу в разведбате сто первой. Когда бригада стояла в Грозном, он уходил из городка дня на три, на четыре. Возвращался с гирляндой ушей, причем резал только левые, чтобы никому даже в голову не пришло, что он у одного чеха два уха берет. Ствол у него был - ВСС-ка, она же "комплекс "Винторез", тогда еще редкая вещь. За сто метров выстрела уже не слышно в принципе, а прицельная дальность - 500.

Погрузились, получили сухпаи, пообедали... "По машинам!". Поехали. Саня уже успокоился, и стажер, с утра летавший как сраный веник, наконец-то вздохнул спокойно.

Когда приехали в группу, уже стемнело. Зашли в ротную палатку. Пацаны сидели и молча пили водку. Кто-то налил по стакану и вновь прибывшим. "Вон там тушняк..." Выпили. Помолчали.

- Ладно, отбой, рота... - негромко сказал взводный, лейтенант Спрыжков.

Никто не спорил, все дружно встали. Кто-то пошел умываться, молодые принялись убирать остатки "ужина". Легли, потушили свет. Отбой.

Это был обычный разведпоиск, каких за месяц было уже немало. Инженерная разведка на дороге от Червленых Бурунов к Терекли-Мектебу проводилась раз в сутки. Казалось, этого достаточно, но практически на том же месте, что и в прошлый раз, бронетранспортер наскочил на фугас.